qvies: (Default)

ДЕМОКРАТИЯ. ГАДАНИЯ СОБСТВЕННО

Подведем некоторые итоги. Основой любого государства, представляющего собой не "машину подавления", а институт согласования интересов, является собственность граждан. Нынешняя представительная демократия возникла в виде цензовой демократии именно для того, чтобы отсечь от принятия решений, затрагивающих интересы собственников, неимущих. Представительство и выборы явились дополнительным барьером для тех, кто в меньшей степени выражал актуальные интересы собственников. Это было сознательным отступлением от принципов демократии, потому и появился термин "представительная", как антитеза прямой демократии.

Представительная демократия эволюционировала по направлению к отмене цензовых ограничений, оставаясь по-прежнему представительной. Само понятие о демократии связалось в представлении общества с выборами своих представителей в законодательные органы. Демократия утратила свой первоначальный смысл - определение уровня расходов государства всеми его гражданами, должными покрывать эти расходы. Понимание этого осталось только в малых общинах касательно собственного бюджета и… Швейцарии.

Перед Европейским Союзом сейчас стоит выбор: либо конституализироваться в единое государство, либо остаться аморфной конфедерацией. Происходящая регионализация Европы, кажется, свидетельствует о том, что Европа стоит на втором пути, постепенно превращаясь в огромную Швейцарию, что дает надежду на возникновения в Европе и прямой, единственно возможной, демократии.

Самый древний - поимущественный налог по-прежнему собирается на нужды общин, а самый новый - подоходный занимает все большую долю в национальных бюджетах. Граждане России уже сейчас могут обеспечить весь государственный бюджет за счет подоходного налога при условии ликвидации всех прочих налогов. Российские общины вполне смогут быть самодостаточными, если сборы всего поимущественного налога с граждан, предприятий и организаций, расположенных на их территории, будут оставаться в местном бюджете.

Особый российский менталитет обусловлен только отсутствием собственности у большинства его носителей.

Россия при следующем обвале вертикали вполне способна перескочить тот период, что пришлось и еще придется пройти Европе на пути к прямой демократии, если откажется от своего вертикального законодательства, признает за регионами право на свой суд и свои законы, а за общинами право формирования региональных бюджетов, удовлетворившись для нужд центрального правительства теми суммами, что сочтут для него достаточными регионы. Возможно все это, конечно, лишь в том случае, если само понятие "государственная собственность" применительно к собственности Российской Федерации и ее субъектов канет в Лету.


19< 20
qvies: (Default)


СУД. МЕНТАЛИТЕТ.

Можно догадываться, что законодатель исходил из самых лучших побуждений, вводя вертикаль назначения судей и выстраивая вертикаль финансирования судов - он полагал единственным реформатором в России ее Президента. По мысли законодателя, основной задачей реформ было вывести суды из-под влияния региональных властей, имевших в то время достаточную самостоятельность.

Руководствуясь моделью поведения, сопутствующей падению вертикали, региональные власти вынуждены были в обход собственных бюджетов компенсировать недостаточное, мягко говоря, центральное финансирование судов и судей. Председатели судов, освобожденные от руководства судьями, но не от административно-хозяйственных обязанностей, в этих условиях полной материальной зависимости от региональной администрации сначала просто перестали назначать неудобных судей на рассмотрение дел, где могли быть затронуты ее интересы.

Постепенно выдавив из судов всех неуправляемых судей, председатели получили сплоченные судейские коллективы, во всем согласные со своими председателями. Независимый суд кончился, не успев состояться. Вертикаль, ужесточив контроль за местными бюджетами и восстановив нормальное финансирование, восстановила и вертикальную управляемость судов, суд опять стал привычным нам административным судом. Пресловутый российский менталитет, едва пошатнувшись, вновь явился нам во всей красе.

Суд - первое, что порождает община при своем появлении, и порождает она его прежде всего для защиты собственности своих членов. Точно так же появились на свет и первые парламенты: изначально это были суды крупных собственников - феодалов, городских общин и церкви, способные защитить своих членов от неправомерного отчуждения их владений, возникновение парламентов - реакция на феодальные конфликты, войну всех против всех, грозящую разорением всем собственникам, даже временно не участвующим в конфликте. Суд - возможность избежать вооруженного столкновения между собственниками, неизбежно приводящего к уменьшению доходов и спорящих сторон, и их соседей.

Отсутствие суда в его общинном значении, подмена его судом административным приводит и к отсутствию института собственности, собственность перестает восприниматься как неотчуждаемое произвольно имущество, общество соглашается с правом государства наделять собственностью и изымать ее в своих интересах и по своему разумению, неудивительно, что вся собственность, в конечном итоге, оказывается в руках государства.

Лишенные собственности российские крестьяне, запертые в общине государством, регулярно перераспределяли по душам общинные земли, строго следя за равенством из-за прироста душ с каждым переделом уменьшавшихся наделов. Отсюда и крестьянское, чисто российское представление о земле, как о собственности божьей, не должной быть в чьей-либо иной собственности, государство в этой системе представлений становится наместником Бога и персонифицируется в актуальном нашем Хозяине. Та же система представлений переносится и на всю собственность, но эта система сразу сменяется иной, стоит лишь бывшему крестьянину самому стать собственником.

Подобная судам участь постигла и прочие правоохранительные органы. Государство вновь замкнулось на себя, предоставляя гражданам разрешать свои конфликты самостоятельно, граждане откликнулись на это созданием третейских судов, благо, по инерции от импульса девертикализвции конца прошлого века эти суды были узаконены в начале нынешнего. Впрочем, само их узаконение - свидетельство начавшейся вертикализации: для верификации приговора третейского суда достаточно договора тяжущихся сторон о его компетентности.

Возникновение третейских судов - свидетельство существования в России того самого собственника, неудовлетворенного государственными арбитражем и гражданским судом и десакрализирировавшего в своем сознании государство. Законодатель оставил возможность государству при необходимости поглотить третейские суды, предоставив право создания третейских судов юридическим лицам, а не гражданам.



18<  19  >20
qvies: (Default)


СОБСТВЕННОСТЬ.

Лучший способ объединить индивидуалистов - дать им возможность защитить то, что у них хотят отнять. Наша знаменитая сплоченность перед лицом угрозы. Получив право самим определять общие местные необходимые постоянные затраты, а исходя из них и ставку налога на свое имущество, время от времени скидываясь на экстренные общие нужды, наши индивидуалисты сплотятся, когда государство захочет отщипнуть кусочек от их доходов. Ему придется очень долго доказывать необходимость и полезность своих расходов для каждого нашего индивидуалиста, прежде, чем он согласится с доводами государства и проголосует за увеличение подоходного налога. Возможно это лишь при условии, что индивидуалисты обладают собственостью, а местный бюджет зависит только от налога на эту собственность, величина которого самими индивидуалистами и определена.

Собственность у нас бывает, как известно, государственная, муниципальная, частная и иная. Что такое частная собственность понятно, но вот кому принадлежит государственная, подразделяющаяся на федеральную и собственность субъектов федерации, и муниципальная? И чья она, иная?

Наш законодатель окончательно запутал вопрос о собственности: соглашаясь на признание частной собственности, он, шарахнувшись от общенародной, ввел в Конституцию понятие государственной собственности, а признав верховенство международных обязательсв государства над его законодательством, не удержался и ввел понятие собственности муниципальной. Оба вида собственности раньше у нас считались одним - это была общенародная, то есть, публичная собственность.

Из-за этого смешения понятий публичная собственность, находящаяся в управлении правительства Федерации, стала собственностью правительства Федерации, а публичная собственность, находящаяся в управлении правительства субъектов Федерации, стала собственностью этих правительств, тот же процесс произошел и на муниципальном уровне, лишив города общественных стадионов, парков, породив уплотнительную застройку и снос исторических памятников. Бывшую публичную собственность правительства, не моргнув глазом, превратили в частную, не интересуясь мнением той самой публики - бывшего номинального владельца этой собственности.

Само существование в России государственной собственности неизбежно приведет к отсутствию собственности иной, нежели государственная, этот процесс уже идет, не встречая особого сопротивления, большинство его только в этом поддерживает, а государство в ответ проявляет все большую заботу об этом большинстве. Восстанавливается трогательное единство власти и собственности, завещанное нам предками, тем самым уничтожая и возможность самоуправления.


17< 18 >19
qvies: (Default)


НАЛОГИ. ПОСЧИТАЕМ.

Как мы уже видели, подоходный налог, явившись сначала еще одним налогом на роскошь, постепенно выходит на первое место в государственных доходах. Если бы не идеи государственного регулирования и защиты национального бизнеса, здоровья и нравственности и выравнивания доходов граждан и регионов, он бы и остался единственным государственным налогом, взимаемым по плоской шкале. Прочие сборы остались бы на совести самоуправления.

Попробуем примерить подоходный налог в качестве единственного налога к бюджету Российской Федерации и нашим зарплатам. Доходы консолидированного бюджета Федерации за 2007 г. составили около 11 трлн. рублей, средняя зарплата при этом - 13800 руб. в месяц или 165600 руб. за год. Доходы бюджета, приходящиеся на одного работающего - 147 тыс. руб., если учесть уже существующий подоходный налог, НДС и акцизы, для сохранения существующей покупательной способности при уплате этой суммы в качестве подоходного налога зарплата должна составлять около 280 тыс. руб. Налог с нее будет уже не 13%, а 53%.

Страшный ЕСН в 26%, доводящий налоговые изъятия из доходов работающих до 31%, составит при сохранении своей суммы уже немногим более 15% от заработной платы, прибавив и его к зарплате в 280 тыс руб., мы получим величину средней годовой зарплаты 322 тыс. руб или 26, 83 тыс. руб в месяц при подоходном налоге вместе с ЕСН 59%. Остается только вычесть из него сумму, необходимую местным бюджетам и распределить ее по местным земле и недвижимости, заодно прибавив к ней налог на землю и имущество, принадлежащие предприятиям, уравняв их с гражданами в правах на уплату имущественных налогов и принятие решений на местном уровне, зарплата при этом останется прежней, а подоходный налог уменьшится процентов до 45. Изъяв из обязятельных платежей ЕСН, предоставляя гражданам возможность спасаться самостоятельно, мы получим и вовсе среднеевропейский подоходный налог в 32%.

Всего лишь при удвоении зарплаты уже сейчас можно было бы отказатся от всех прочих бюджетных доходов, освободив предприятия и учреждения от всех налогов, кроме имущественного, и ликвидировать НДС, акцизы и таможенные сборы. Осталось убедить население платить столь существенные налоги.

Введение единого подоходного налога позволило бы отказаться от армии налоговых администраторов и налоговой вертикали, упразднив заодно и контроль Минфина за распределением налогов и исполнением региональных бюджетов, самодостаточность местных бюджетов освободила бы государство от необходимости финансовой поддержки самоуправления, а это бы привело к дальнейшему уменьшению налоговой ставки или перераспределению налоговых сборов между федерацией и регионами, основная масса налогов приблизилась бы к месту их потребления.

Самый собираемый налог - самообложение. Заводя в подъезде домофон, жильцы согласны заплатить и платят за его установку и обслуживание. Если расходы бюджета и выгоды от этих расходов столь же ясны для населения, как затраты на этот домофон и выгоды от его установки для жильцов, то и собираемость налогов будет столь же велика, потому единственное средство добиться подобной собираемости - референдум.


16< 17 >18
qvies: (Default)


НАЛОГИ , СБОРЫ И ФИНАНСИРОВАНИЕ.

Российская Федерация, перестав быть социалистическим государством, не отказалось от вертикальной подотчетности всех бюджетов Минфину и не перестало быть государством дефицита. Теперь это проявляется в дефиците бюджета. Благодаря 122 закону, дефицит федерального бюджета стал дефицитом региональных бюджетов, а после введения 131 закона Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации теперь перемещается ближе к народу.

Как может существовать дефицит бюджета при превышении государственных сборов над расходами? Наш дефицит - дефицит особый. Расходы, как и в нашей усопшей плановой экономике, расчитываются так, чтобы они удовлетворяли потребности лишь процентов на семьдесят, в расчете на то, что кому понадобится, тот найдет. Находится необходимое обычно в виде субсидий и субвенций вышестоящего бюджета нижестоящему.

Основа местного бюджета, согласно Бюджетному Кодексу - земельный налог и налог на имущество физических лиц. В отсутствие земельного кадастра и вменяемых принципов оценки недвижимости, а зачастую и налогоплательщика-владельца пустующей земли и муниципального жилья, эти налоги в принципе не могут покрыть затраты местного бюджета, подъем ставки этих налогов до приемлемого уровня и перенесение его уплаты на арендаторов муниципального жилья утыкается в иной ограничитель - низкие доходы граждан. Часть подоходного налога, остающаяся на местах, не может компенсировать дефициты местных бюджетов по той же причине.

Вертикаль заложена, увы, не в нашем менталитете, она скрывается в способе сбора налогов и в их распределении. Может, стоит попробовать перевернуть эту вертикаль? Дать местным бюджетам возможность субсидировать региональный бюджет, а региональным - федеральный? Для этого нужно немного: всего лишь право местных органов контролировать расходы органов региональных, а региональных, в свою очередь, контролировать расходы федеральные.

Армия чиновников, что рисуется в нашем воображении при слове "контролировать", вовсе не нужна - для этого уже существует суд и парламент, иное дело, что существуют они точно так же, как и местное самоуправление. Думаете, причиной тому - наш менталитет? Я думаю, причина та же, что и у стремления к вертикализации власти - вертикальность финансирования. Фактически наши суды, Дума и Совет Федерации оплачиваются структурой исполнительной власти - Управлением делами Президента. Не правда ли, изящное основание для нашего менталитета, ставящего превыше всех прочих властей власть исполнительную?


15< 16 >17
qvies: (Default)


ВЕРТИКАЛЬ. ДЕВЕРТИКАЛИЗАЦИЯ РОССИИ

Первыми осознали, что строительство российскоих вертикалей чревато окончательным распадом России, как это ни странно, русские националисты. Лидеры Всероссийского Национального Союза были убеждены в том, что необходимо… "разделить Россию на самоуправляемые области по образцу С. Штатов", а вместе с самоуправлением возложить на них и ответственность за свою судьбу. Эти их идеи готовился воплотить Столыпин, но был убит накануне своей отставки.

Вертикали, уже после созыва в 1906 г. первой Думы, казалось, еле живой, но стремительно окрепшей с началом Мировой войны, требующей мобилизации всех ресурсов, к 1917 г. удалось добиться тотального товарного дефицита и неудержимого роста инфляции. Вертикаль рухнула вместе с Российской империей.

Преодолевая сталинскую гиперцентрализацию следующей вертикали, в 1957 г. пленум ЦК КПСС постановил упразднить центральные отраслевые органы, создать 105 экономических районов и передать управление отраслями территориальным Советам Народного Хозяйства. Единоличное централизованное руководство отраслями заменилось местным коллегиальным. Промышленность и сельское хозяйство откликнулись на это ежегодным ростом в 7-8%. Вертикаль, оставшись не у дел, добилась сначала создания республиканских СНХ, а затем и союзного Высшего СНХ. Вертикализация обернулась резким замедлением роста в промышленности и продовольственным кризисом.

В 1964 г. Министерства были восстановлены, совнархозы упразднены. К 1968 г. вертикаль была полностью восстановлена. Пережив обеспечившую некоторое увеличение эффективности производства эпоху относительной независимости предприятий и от ВСНХ, и от отраслевых министерств, эта вертикаль обеспечила к середине восьмидесятых нулевой рост экономических показателей и обрушилась, похоронив под своими обломками и КПСС, и Советский Союз.

Кажется, тень понимания того, как предотвратить следующую смуту, мелькнула у нас в 1996 г., когда Дума приняла закон о проведении эксперимента с налогообложением в Туле и Новгороде, определившего каждый из этих городов единым плательщиком налогов на имущество всех предприятий в виде некой фиксированной суммы, тем самым давая свободу городам самостоятельно определять ставки налога для каждого предприятия. В марте 2007 г. подводились итоги этого эксперимента, к сожалению, не знаю, что это были за итоги, но важно то, что эти два города сознательно были хоть по одному из множества налогов переведены с барщины на оброк.

Русские националисты начала XX века были правы: единственный способ сохранить Россию и вырваться из порочного круга строительства вертикалей - дать областям самим отвечать за свою судьбу, то есть, предоставить им право самим определять свою социальную и экономическую политику, определять и количество налогов, и их ставки, ограничив центральное правительство тем оброком, что они сами сочтут необходимым для исполнения тех функций, что сами же области на него и возложат. Ошибка региональных руководителей начала девяностых состояла в том, что они стремились подписать федеративный договор с федеральным центром, а не с другими членами федерации, впрочем, они и сами сознавали себя частью федеральной вертикали.

Экономическая, политическая и социальная независимость регионов от центрального правительства - первое, но не единственное условие стабильности России и лекарство от правительственного зуда строительства вертикалей: региональные правительства точно так же, как и правительство центральное, поражены этим недугом.

14< 15 >16
qvies: (Default)
ВЕРТИКАЛЬ. РУССКИЕ ГОРКИ.

Не помню, кто первый сравнил Россию с диплодоком, сигнал от хвоста которого доходит до головы за пять секунд и столько же идет обратно. Если бы не дополнительный мозг в его крестце, он рисковал бы скормить свой хвост на завтрак тиранозавру прежде, чем болевой сигнал от пожираемого хвоста достиг мозга.

Всякий раз, восстановив свою властную вертикаль, соответствующую идеалу домашнего хозяйства, Россия вновь рискует развалиться на части. Неторопливых болевых сигналов, доходящих до мозга нашего диплодока, лишенного дополнительного управляющего органа, оказывается слишком много, мозг отказывается на них адекватно реагировать, в итоге, отдельные части нашего организма вынуждены спасаться сами, и наступает очередная смута. За смутой следует восстановление вертикали, вертикаль вновь приближается к своему идеалу, лишая всякого подобия самоуправления едва спасшиеся после недавнего обрушения этой вертикали территории, обязанные своему спасению лишь своей собственной инициативе, то есть, тому самому самоуправлению. Вновь выстроенная вертикаль не справляется с присвоенными ею полномочиями и функциями, территории ради самосохранения вынуждены подменять собой вертикаль и перестают ей подчиняться, вертикаль рушится, цикл повторяется еще раз.

Так, шарахаясь от вертикали к самоуправлению, мы и живем со времен Ивана III, а если говорить о Ростово-Суздальской земле, позже ставшей княжеством Владимирским, то эта история строительства и падения вертикалей тянется еще от заложения села Боголюбова святым князем Андреем.

Наша последняя вертикаль начала разваливаться еще в начале своего строительства. Для начала новой смуты и автаркизации регионов достаточно малейшего толчка, вроде резкого повышения цен на продовольствие. На сей раз дело может закончиться и распадом России, возможно, по тем самым линиям, что проведены на российской карте в 2000 г. - по границам Федеральных округов. В предвидении этого очередного распада, вертикаль создает газопроводящие и нефтедобывающие войска, дрессирует ОМОН, но войска не смогут обеспечить нормальную жизнедеятельность населения и самообеспечение тем же продовольствием. Будущая история может сложиться и так, что в ней не останется места для России: она развалится на ряд территорий, стремящихся все к тому же идеалу государства - домашнего хозяйства.

Такая возможность не исключена, но, скорее всего, мировое сообщество, напуганное возможностью распада ядерной державы, поможет нашей вертикали восстановиться, потребовав от нее гарантий предоставления регионам некоторой самостоятельности и создания демократических институтов. Гарантии будут даны, институты созданы, однако, ко всеобщему удивлению, вскоре у нас вновь появится вертикаль.



13< 14 >15
qvies: (Default)


РОССИЙСКИЙ ИНДИВИДУАЛИЗМ.

Вопреки расхожему мнению, российский обыватель является отъявленным индивидуалистом. Коллективизм, якобы ему присущий, насаждался и поддерживался государством сначала в фискальных целях, а затем и для контроля за поведением индивидуумов, загнанных им в подобные общинам коллективы. Разрушив основы общинного бытия, государство, переняв функциональное значение общин, использовало их оболочку для своих, государственных целей, приводя к полной атомизации общества, перенесшего свое неприятие государства и на всякие коллективные действия. Индивидуализм - основа российского менталитета и гарантия выживания в России. Именно он являлся и гарантией полутысячелетнего существования самого государства Российского, сильного только лишь этой атомизацией.

У нашего индивидуалиста общинное настороженное отношение к чужим сменяется на такое же отношение ко всем, моральные нормы общины больше не являются для него сдерживающим фактором, оставаясь в его представлении обязательными для прочих. Подозревая всех в своих грехах, он уповает на закон и государство, обязанные заменить для него собой общинную мораль. Стыд, направленное на себя недовольство, он тщится заменить страхом, и государство охотно идет ему навстречу, изобретая все новые страхи, способные сплотить вокруг себя этих индивидуалистов. Их поведение описывается уже не в социологических терминах, а в этологических. Именно наш индивидуализм обеспечивает государству широкие возможности для манипуляций легко объединяющимся в толпу для его защиты обществом индивидуалистов.

Сознавая тщетность упований на защиту государством его жизни и имущества, российский индивидуалист теряет мотивацию к любому труду сверх необходимого для текущего потребления. Все, обладающие хоть каким-нибудь достатком, являются в его глазах удачливыми ворами, любой успех он полагает зависящим лишь от удачи, а любой карьерный рост - случайным. Именно этой чертой - стремлением к имущественному и статусному равенству, где мерилом является собственное положение, а не стремлением к свободному труду и росту производительных сил объясняется наша тяга к уравнительному социализму, даже в теории подразумевающего существование того, что у нас давно сожрало государство - общины.


12<   13   >14
qvies: (Default)



ГРАЖДАНСТВО. РЕГИОНАЛИЗАЦИЯ

Современное государство признает ограничения своего суверенитета, налагаемые международным сообществом, тем самым подрывая саму идею национального государства. Европейские национальные государства и вовсе растворяются в Европейском союзе, согласившись на создание единого европейского парламента и правительства. Глобализация, создающая единую общемировую производственную и торговую сеть, уничтожает национальные рынки, порождает единый глобальный рынок и единую глобальную экономику, лишая национальные государства функций экономического регулятора. Казалось, на смену национальным государствам грядет некое глобальное государство.

Передав ЕС право на отправление основных своих политических функций, государства Европы утрачивают свое доминирование и на подвластных им территориях. Толерантность, являющаяся необходимым условием для создания любого межгосударственного, многонационального и многоконфессионального образования, приводит к тому, что государства начинают столь же толерантно относится и к особенностям составляющих их территорий. Разрушается сама государственная иерархическая модель, доставшаяся нам в наследство от предыдущих эпох, на смену ей приходит новая - сетевая, оставляющая государству роль координатора отношений между отдельными территориями.

Европа, кажется, повторяет путь развития Швейцарии, возникшей из объединения разноязычных разновеликих и территориально, и по численности населения кантонов-государств с различными формами политического устройства, с разными правовыми системами и формами налогообложения. Шанс на сохранение национального единства Швейцарии давала опора на нечто общее для всех входящих в Конфедерацию государств, способное элиминировать все их различия. Единственным таким элементом социального и государственного устройства и явилась община.

Община, с одной стороны, явившись прообразом сформировавшихся, наконец, в XIX веке центральных правительственных и законодательных органов Конфедерации, с другой, благодаря примеру, поданному ими, косвенно стала причиной переустройства и кантональных органов, вынужденных соостветствовать демократической сущности самих общин.

Современная регионализация Европы, хотя и приводит к получению все больших экономических и политических прав прежними, еще феодальными территориальными образованиями, явилась результатом удовлетворения растущих требований составляющих их общин, дальнейшее их удовлетворение, возможно, и приведет к общинному гражданству, подобному швейцарскому.

России, к сожалению, утратившей общину на пути строительства централизованного государства, похоже, действительно, уготован иной путь.

11<  12   >13
qvies: (Default)


ГРАЖДАНСТВО. УРБАНИЗАЦИЯ.

Первая волна мигрантов принесла с собой в города правила общинной жизни и заставила их жить по этим правилам. Всякий новый горожанин вписывался в существующую общину или отвергался ей и вынужден был покинуть город. Такой порядок сохранялся все время, пока города сохраняли самостоятельное существование вне государственной иерархии, то есть, вплоть до эпохи промышленной революции. Она сломала сам принцип предоставления городского гражданства, открыв городские ворота для всех желающих. Отныне горожанином становился всякий, поселившийся в городе и нашедший там себе занятие. Городская община утратила свое значение и стала частью национального государства, подчинившись его законам и установлениям. Новое городское население перенесло свои общинные упования на государство, заменившее в их представлении общину.

Государство ответило на эти упования, вводя рабочее законодательство, предоставляя своим гражданам социальное обеспечение, образование и медицинское обслуживание, постоянно увеличивая долю изъятий из доходов граждан. Взамен государство получило возможность бесконтрольно увеличивать количество своих чиновников, устанавливать стандарты предоставляемого им гражданам обеспечения, образования и обслуживания, определять величину и количество налогов.

Отсутствие организующего общинного начала аукнулось созданием молодежного суррогата общин - городских банд, охраняющих свою территорию и стремящихся ее расширить за счет банд соседских, что повторило путь развития человечества, начиная с распада родового строя. Общество ответило на это своей санкцией государству на ужесточение законодательства, увеличение расходов на его правоохранительные органы и некоторое ущемление своих прав. Государство в течение двадцатого столетия в ответ на эту санкцию поставило под контроль само общество, а в начале нынешнего уже готово отслеживать действия и передвижения каждого гражданина.

Вместе с общинной функцией поддержания правил общежития государство получило право самому определять эти правила, а вместе с ним и возможность произвольно назначать их нарушителей. Последний пример - американские и европейские курильщики, попавшие под раздачу во имя спасения наций от легочных заболеваний.

Единственная страна, где все это вряд ли возможно себе представить - все та же Швейцария, сохранившая общинное гражданство.

_________________________
Upd. Сложно, но возможно: кантоны Тичино, Женева, Вале запретили сами себе курить в общественных местах, еще в трех кантонах приняты антитабачные законы. Посмотрим, что на это скажут оставшиеся двадцать кантонов.

10<  11  >12
qvies: (Default)


ЭТИКА ПРОТЕСТАНТИЗМА

Переход к промышленному производству и институтам представительной демократии наименее болезненно произошел в тех странах, где за пару веков до того победила Реформация, они же стали и наиболее успешными в новых исторических условиях. Это дало повод Веберу заключить, что именно протестантизм привнес в общество некую новую этику, способствующую развитию капиталистического производства и выводящую общество на новый, рациональный, уровень понимания роли государства, дающую новые принципы целеполагания, чем она и отличается от этики традиционной, консервирующей уже существующее положение, обращенной к поиску своего идеала вне мирского и сущностного и в силу этого тормозящей развитие производственных и общественных отношений.

Если же мы вспомним, что такое соседская община, появившаяся именно для решения насущных и мирских проблем, если вспомним, что общинная церковь явилась для таких общин объединяющим центром, то мы придем к выводу, что Вебер прав с точностью до наоборот: сам протестантизм появился в результате эволюции Церкви в сторону общины. Церковь там, где она еще не срослась с государством или сама не стала государством, утратила свой "традиционный", надбытийный характер, восприняв рационализм, моральную практику и мирское понятие о долге и служении соседской общины, ее неприятие иерархической централизации.

То, что причиной капиталистического успеха протестанских стран стали именно их общины, а не Церковь, доказывает хотя бы тот факт, что первых успехов в Европе на пути капиталистического развития добились иудеи и мусульмане, роль общины у которых превалировала над ролью государства, а Церкви в еропейском понимании у них и вовсе не было.

Протестанская этика на поверку оказывается обычной крестьянской этикой с ее заботами о хлебе насущном, стремлением к большему достатку, гарантирующему от превратностей судьбы и природы, надеждой на свои собственные силы, признанием силы и мнения общества, с ее стремлением к спокойной жизни, добрососедству и… ксенофобией, заставляющей подозревать всякого, несвязанного с общиной, в недобрых намерениях, поскольку тот не имеет перед ней никаких, ни моральных, ни экономических, обязательств.

Общинная протестантская этика начинает буксовать, едва сталкиваясь с проблемой современной миграции.

9<  10  >11
qvies: (Default)


ДЕМОКРАТИЯ. ГОСУДАРСТВО ГРАЖДАН

При своем появлении подоходный налог был невелик, составляя ничтожную часть бюджета. Идеологическое его обоснование было двояким: с одной стороны, это был еще один налог, подобный налогу на роскошь, а с другой, распространившись на все население, призван был дать обоснование всеобщему избирательному праву, сменившему цензовое право.

Всеобщее избирательное право, не подкрепленное всеобщей обязанностью несения государственных расходов, сослужило плохую службу образу демократии, ибо именно оно стало причиной появления всех самых автократических и тоталитарных режимов ХХ века и закрепило представление о ней как исключительно представительной демократии, занятой не распределением общих денег, а неким определением приоритетов развития государства и общества.

Увеличиваясь вместе с ростом доходов населения, подоходный налог приобретал для бюджета все большее значение, наконец, став в развитых странах основным бюджетообразующим налогом. Все прочие налоги так или иначе распределясь на все население, вынужденное оплачивать товары и услуги, где эти налоги присутствуют в явном виде, как НДС или акцизы на бензин и алкоголь, или неявном, как налоги на корпоративные доходы и имущество, дают государству возможность проявлять свою активность там, где его должно и обязано заменить само общество. Вместе с их отменой станет, наконец, для всех, но прежде всего для самого государства явным тот факт, что общество оплачивает его содержание, а не оно оказывает обществу неоценимую услугу одним своим существованием.

Имущественный налог появился в свое время как суррогат подоходного налога, поскольку именно обладание недвижимостью и создавало условия для извлечения дохода, а сама она, в отличие от дохода, поддавалась четкому определению и подсчету государством. Теперь государство может так же четко определить и подсчитать доходы своих граждан, как прежде оно это делало с недвижимостью, но граждане лишены возможности так же четко определять и подсчитывать расходы государства, как они это делали во время появления самого имущественного налога.

Джефферсон был против введения подоходного налога, обосновывая это тем, что государство не в силах отследить величину доходов граждан, а те вряд ли согласятся добровольно и честно ее указывать. Современная техника в руках государства позволяет ему знать и источники, и размеры всех доходов каждого гражданина, чем обернется это знание, зависит теперь только от самих граждан. Та же техника позволяет ныне и перейти к прямой демократии, когда и вотирование налогов, и вотирование бюджетных расходов могут оказаться в руках всех граждан, получивших возможность соотносить государственные расходы со своими доходами.

Собственно, эта традиция прямой демократии еще жива в Швейцарии, где каждый закон либо принимается обществом по умолчанию, либо, если закон спорен, принимается или отвергается референдумом. Эта конструкция, совмещающая принципы представительной демократии в законотворчестве и прямой демократии для принятия окончательного решения по любому законопроекту, вполне применима для любого государства, где граждане осознают, как новый закон скажется прежде всего на содержимом их кошелька.


8<  9  >10
qvies: (Default)


НАЛОГИ. ИЛЛЮЗИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО СОЦИАЛИЗМА

Всякий раз, уходя от общиного принципа определения величины налоговых сборов и общих трат, то есть, собственно демократии, государство, увеличивая свой аппарат и становясь все более дорогостоящим, стремится, не увеличивая прямых налогов, пополнить казну за счет налогов косвенных. Эти налоги, хотя и ложатся полностью на население, парадоксальным образом не воспринимаются им как изъятие части его дохода. Появляются они оттого, что принимающие решение о введении косвенных налогов в начале очередного этапа развития государства сами тоже являются плательщиками прямых.

Французская революция отменила все косвенные налоги, но уже при Наполеоне они вновь появились и стали составлять немалую часть бюджета. Косвенные налоги подкупают простотой собираемости, своим постоянством и несвязанностью ни с доходами, ни с имуществом плательщиков, независимостью от инфляции. Они и доходы от государственных промыслов и предприятий создают иллюзию возможности путем перераспределения доходов решить централизованным образом все проблемы, стоящие перед обществом. Собственно, и сама Французская революция произошла именно после того, как королевская власть вместо того, чтобы уменьшать ставку прямых налогов и количество косвенных с увеличением их массы, создавая и финансируя из казны все новые подобия общественных институтов, подорвала свой собственный финансовый механизм.

Точно так же рухнул и Советский Союз, в 1964 г. и вовсе отказавшийся было от сбора подоходного налога, составлявшего исчезающе малую часть бюджета, не справившись со взятыми на себя общественными и производственными функциями. Нас в будущем тоже может ожидать его судьба, ибо отказавшись от социалистического принципа перераспределения, наши реформаторы вовсе не отказались от идеи безналогового государства: прямые налоги граждан составляют в консолидированном бюджете все ту же часть, вовсе не доходя до бюджета федерального, консервируя у граждан прежние представления и о социальной справедливости, и о бесплатности социализма.

Преобладание над прямыми налогами в бюджете косвенных налогов и прочих доходов неминуемо ведет к разрастанию и бюрократического аппарата, и возлагаемых им на себя для оправдания своего существования функций. Оно же создает патерналистские ожидания у населения и его политическую и социальную пассивность, что ведет к полной независимости государства от его граждан.

Эта тенденция к увеличению косвенных налогов в ущерб прямым вовсе не является исключительно российским явлением, так же, как и отсутствие всякой связи между государственными расходами и размером прямых налогов. Бомба эта заложена подо всей современной цивилизацией. Единственный шанс сохранения этой цивилизации - отказ от иных источников государственных доходов, кроме подоходного налога.


7<  8  >9
qvies: (Default)


НУ, И У НАС. СУД.

История Израиля вовсе не является исключением: не только там была эпоха правления судей. Само слово "правитель" некогда и для нас означало "судья". "Правда" - суд, а не суждение, сходное с истиной. Первичная функция государства - суд, и ничто иное. История о призвании варягов - история о поисках верховного судьи для трех объединившихся племен, правителя, суждение которого не будет поставлено под сомнение ни одним из них только потому, что он - из иного племени. Увы, кажется, это не бродячая легенда, а бродячая истина.

Межплеменной судья необходим уже тем, кто вышел из рода в общину, но сам наш судья оказался родовым вождем. В этом столкновении родовой иерархии наверху и общинного права внизу и суждено было родиться нашему государству.

Членение истории на периоды, верное в Европе, буксует, едва пересекает пределы наших границ: эпоха вождества, и выстроившая современную Европу, и проведшая ее через все более или менее наблюдаемые исторические стадии, начисто отсутствует в русских землях. Крепостное право, бывшее некогда в Европе и канувшее в лету, возникает на наших землях спустя половину тысячелетия с тех времен и пускает глубокие корни. Гордые крупнейшие европейские феодалы на нашей почве превращаются в искателей должностей при царском дворе, меряющихся заслугами и старшинством своего при нем появления. Причина тому, кажется, одна - собственность.

Чтобы собственность являла собой институт, а не фикцию, способную одним росчерком пера найти нового обладателя, необходим суд, а его века с XIV вершат по всей земле Владимирской потомки призванного варяга, уже и сами успевшие стать крупнейшими собственниками. Последовательно заменив в своих землях суд общинный судом административным, они фактически стали единственными собственниками в государстве. Но здесь их ожидала очень неприятная неожиданность: они вскоре и сами стали собственностью государства.

Первым это понял Иван Грозный, сначала, ощутив, что реформы Избранной Рады ведут к потери и власти, растворяющейся в губах, земствахи и земских судах, и собственности, отданной в их руки, он выделил себе сиротскую часть - Опричнину, пытаясь решить проблемы и заселения новых земель, и подавления несогласных с ним, затем, видимо смирившись с участью безземельного русского Царя, посадил на царское место царя Бекбулатовича, получил из его рук немалую часть земель и промыслов в личное владение и успокоился. Эта собственность после смерти Федора Иоанновича снова стала собственностью Дворцового приказа.

Нащупанный было Избранной Радой путь, подкрепленный Священным Писанием, был забыт и забыт надолго. Проще оказалось продолжить старое. Крепостное право явилось у нас не для удобства помещиков-крепостников, а для правильности налогообложения, дабы за каждой тяглой душой государству не приходилось бегать, а бегать ему уже приходилось даже за Урал, ибо там и находилось легендарное Беловодье, куда государственные люди дороги не знают.

После Смуты, вызванной в основном полным отсутствием у населения понимания, кто кому должен платить и за что, и всякого отсутсвия какого бы то ни было суда над взимающими плату, был введен новый прямой налог - подворный, смененный уже при Петре подушным. Этот подушный, как и в прежнее время, взимался одновременно и с каждой души, и с территории, на которой душа проживала в то время, когда ее описали - за всякую помершую душу и просто неспособную расплатиться расплачивалась община. Именно поэтому община консервировалась государством даже после отмены крепостного права: основными ее функциями стали распределение податей и передел все сокращающихся с ростом прикрепленного к этой земле населения земельных наделов. Земельная община стала тяжкой ношей для справных хозяев.

Собственно, уже тогда, с отменой подушной подати, Россия могла стать безналоговым государством: ее прочие бюджетные поступления без акцизов и пошлин составляли не менее 60%, но для компенсации этого выпадающего налога, наконец-то, был введен налог на имущество. Если бы Дума была созвана именно в это время, может быть, мы и последовали бы за Европой в развитии демократии, но не случилось.

А вот суд у нас только тогда и появился. Внедрялась новая судебная система чрезвычайно медленно - в иных губерниях новые суды так и не начали действовать до 1917 г.. Можно сказать, что государство рюриковичей и его наследников так и не стало государством даже в общинном понимании, оно так и оставалось домашним хозяйством, "одной конторой и одной фабрикой", если позволительно описать его словами В.И. Ленина, характеризующими социалистическое государство.


6<  7  >8
qvies: (Default)


 ДЕМОКРАТИЯ, НАЛОГИ. ОБЩИНА ГОРОДСКАЯ.

С переходом от подсечного земледелия к двухполью, а затем и трехполью образуются дефицит земельных угодий и избыток растущего сельскохозяйственного населения. Часть его аккумулирует общинный погост, постепенно сам превращающийся в подобие города, большая же часть устремляется в уже существующие города, принося туда вместе с собой и свои представления о роли общины, и навыки общинного бытия. Общины навязывают городу свое представление о правильной жизни, иногда выкупая, иногда завоевывая, а чаще всего, прибегая и к тому, и другому, право на эту жизнь, в основе которой лежит самоуправление и экономическая независимость общин.

Экономическую независимость обеспечивал налог на предполагаемый доход от городского имущества, принадлежавшего каждому члену общины, а самоуправление - традиции принятия важных решений, касающихся всей общины, общим собранием и определение городского бюджета насущными нуждами общины, а не налоговыми поступлениями. То есть, величина налогообложения определялась согласованием необходимых трат с желаниями и возможностями налогоплательщиков.

С ростом городов они сами раздробились на общины, сохранив в каждой те же принципы самоуправления и независимости, делегировав городу лишь часть общегородских функций. На этот раз городские советы, состояли из делегатов коммун, которые уже не могли стать их постоянными представителями, поскольку становясь городским советником, делегат переставал быть членом коммуны и уже не мог представлять ее в совете после следующих выборов, сбор же налогов был отделен от представительства и не мог служить источником дохода.

Постепенно рядом с территориальной городской общиной вырастает иная структура общин - цеховая. Цеховые общины появляются как профессиональные союзы вместе с ростом конкуренции внутри профессий. Их первой задачей было ограничить число занятых определенным видом деятельности ремесленников уже существующим количеством. Стать мастером зачастую в стенах города можно было, лишь отдав большую часть жизни ученичеству у мастера, признанного таковым городом, и дождавшись его смерти, да и то, если у него не было наследника. Цеховые организации создали первые стандарты продукции, арбитражи и ввели лицензирование на все виды ремесла. Кое-где им удалось полностью подчинить себе и территориальные коммуны, такие города стали настоящими городами мастеров и исчезли, когда местные мастера не выдержали конкуренции с иногородними.

Развитию капитализма, то есть появлению сначала мануфактурного, а затем и промышленного производства, мешала не феодальная аристократия и не королевская власть. Ему мешала прежде всего цеховая организация городской промышленности, запрещавшая организацию комплексного производства, требовавшая высокой квалификации от работников там, где она не была необходима, не допускающая концентрации производства, необходимой для использования бессмысленных в масштабах цеховой мастерской машин и механизмов.

Промышленные революции смели прежде всего эту цеховую организацию, кое-где задев заодно и королей, и аристократов. Талья, прежде выплачиваемая только королевскими доменами, под иным названием распространилась на всех его бывших подданных. К власти пришли те, кто ее оплачивал: наиболее значительные налогоплательщики. Только они теперь и избирали, и избирались во власть. Совместились два принципа - коммунальный и цеховой, общинный и аристократический, власть теперь должна была обеспечивать равенство для равных.

Имущественный ценз, отсекая большую часть налогоплательщиков от принятия решений, хотя и обеспечивал достаточную квалификацию и избирателей, и их избранников, но и не мог создать условий для последовательной, как это происходило в общинах, координации величины имущественного налога и государственных трат. Естественным образом цензовая демократия привела к росту косвенных налогов, и появлению нового прямого налога - подоходного.


5<  6  >7
qvies: (Default)


ДЕМОКРАТИЯ. ОБЩИНА СОСЕДСКАЯ.

Как мы видели, без внешнего вмешательства изначальная прямая демократия, превратившись сначала в демократию представительную, вырождается в олигархию. Происходит это оттого, что с разрастанием протогосударственного образования, с увеличением его населения и освоенных территорий, появляются сначала определяемые жребием временные представители населения, должные и собирать налоги, и представлять своих доверителей на собрании, участие в котором прежде было общей обязанностью для всех хозяев семей, затем эти представители приобрели постоянный статус, а вскоре и потомственный. 

Подобную модель изменения статуса можно проследить на примере литовских панцирных бояр. Сначала это были поземельные ополченцы, молодые люди без общественного статуса, поскольку первоначальное, еще родовое деление общества было возрастным: уделом молодых было воевать и нести охрану, людей среднего возраста, семейных - работать, а стариков - хранить опыт, передавать его младшему поколению и сохранять мир в племени, судить, то есть, править. Эти ополченцы избирались по жребию и делегировались в общее ополчение на определенный срок до достижения ими брачного возраста. С появлением земельной собственности они так же делегировались, но служили уже пожизненно, получая доход с определенной территории, при развитом феодализме они и сами становятся мелкими феодалами-собственниками той территории. Собственность вместе с обязанностью службы, естественно, уже передается по наследству.

Сборщики налогов, благодаря тому, что им причиталась постоянная часть от собранного, а собранного становилось все больше, получили свободный капитал, который охотно предоставляли в рост в распоряжение нуждающимся, те, не справляясь с выплатой, становились неоплатными должниками сборщиков, сборщики в качестве оплаты долга получали имущество должников и сдавали его им же в аренду.

Отказ земли от прямой демократии, переход к демократии представительной, казавшийся для всех самым разумным и простым решением, приводил к формированию элиты, очень скоро завладевавшей практически всеми ресурсами этой земли.

Прямая демократия по необходимости сохранялась лишь между членами соседской общины, основным связующим элементом которой в христианское время явилась церковь, возникшая на месте языческого погоста. Церковь для общины становится суррогатом государства, осуществляя функции и гражданского суда, и хранителя актов, и страхового фонда, а иногда и защиты. При ней существовали школы и дома призрения, она принимала на хранение ценности и выдавала ссуды. Церковь обеспечивала и регулярность сбора общины, и, благодаря своему авторитету, исполнение его постановлений. Все необходимые расходы общины по устройству церкви, кроме прямых пожертвований, разверстывались по членам общины на подобных сборах вместе с иными общими расходами. Неудивительно, что все приходские чины вплоть до священников выбирались самими приходами, то есть, самой общиной из своей среды.


4<  5  >6
qvies: (Default)


НАЛОГИ. А ЧТО У НАС?

После монгольского завоевания на русские земли обрушилось страшное иго. Не знаю, насколько оно было выгодно самим монголам, но сослужило хорошую службу князьям Владимирским, правда, кажется, и обеспечило цикличность нашей истории. Скорее всего, не подвернись князю Ярославу монголы, их роль с таким же успехом могли выполнить булгары или половцы.

Собираемый для Орды Царский выход составлял 1/10 от 1/7 годового урожая, поскольку с каждой сохи он собирался раз в семь лет. Орда, впрочем, этого никогда и не получала, она получала некую фиксированную сумму, приблизительно равную цене этой гипотетической 1/10 от 1/7. Количество сох было определено монголами в результате единственной переписи мужского населения - на каждую соху приходилось по две переписанные мужские души.

Эти поголовные сохи все равно затем трансформировались в поземельный налог, превратившись в территориальные налоговые округа, обязанные поставлять определенную для двух мужчин Ордой сумму. Поскольку мужчин все прибывало, а количество переписанных монголами сох оставалось прежним, сохи захватывали все большее количество душ, населяющих определяемые для выплаты каждой сохи князьями Владимирскими территории. Душ в сохе, естественно, становилось несколько поболе, чем было необходимо для уплаты Царского выхода Орде, но иго, приходящееся на каждую душу, не ослабевало - основная часть выхода отягощала карман собиравшего его Великого князя Владимирского, ордынскому же Царю доставалось около 7% собранного, да и то, после смерти хана Узбека, чаще всего Царю и вовсе ничего не доставалось, хотя и собиралось исправно со всех земель.

Эта двойственность значения сохи для собираемого Москвой Царского выхода: с одной стороны - определенная территория, с которой собирается фиксированная сумма, а с другой - персональный характер ее выплаты всем тяглым населением этой территории, великолепным образом наложилась на прежний оброк - арендную плату, посаженного на свои земли Владимирскими князьями пришлого в основном с юга населения, составлявшего большую часть пахарей Владимирской земли. Этот оброк постепенно сросся с данью, распространился на все тяглое население, и уже никак не соотносился с владельческими правами на землю.

Произвольность определения размеров сохи позволяла князьям Московским осуществлять протекционистскую политику в отношении своих земель, перекладывая уплату большей части Царского выхода на непринадлежавшие им земли: так территория новгородской сохи была раз в десять меньше сохи московской.

При Иване Грозном, с резким приращением земель, принадлежащих Московскому княжеству, население ринулось на новые территории, поскольку на них распространялось положение о целине, согласно которому все подати и повинности, а их к тому времени скопилось уже немало, заменялись легким оброком на пять-семь лет с первой запашки.

Финансовая система государства рухнула, поскольку в основном держалась на личных выплатах тяглового населения.


3<  4  >5
qvies: (Default)


НАЛОГИ. НЕЧТО ВРОДЕ РЕЗЮМЕ.


Что можно понять из всей этой истории? То, что первые правильные прямые налоги были связанны не с субъектом, их выплачивающим, а с его возможным доходом от принадлежащей ему собственности. Таковы гайда в Англии и обжа в Новгородской земле. Но, коль скоро мы говорим о собственности, значит, предполагаем уже достаточный уровень развития государства. Это государство уже способно и фиксировать пределы этой собственности, и обеспечивать правильное распоряжение ею (куплю, продажу, наследование, дарение и проч.), и, самое главное, защищать права на эту собственность своих граждан.

Английская гайда составляла от 15 до 45 наших десятин, и соответствовала среднему наделу, обрабатываемому большой семьей. То есть, первоначально взносы в общеплеменную казну были одинаковы для всех глав больших семей, в дальнейшем это равенство платежей было перенесено на участки, обрабатываемые большими семьями, а позднее сами эти участки и стали единицами налогообложения. Появление гайды в этом качестве указывает на то, что собственность, а следовательно и государство, возникло еще в ту эпоху, когда большая семья находилась в стадии распада, или распалась совсем недавно.

Те сто четвертей, с которых Иванами брался один воин - это 50 десятин, то есть, надел, сравнимый с гайдой. До короля Альфреда Великого в английское ополчение входил один войн от каждой гайды.

Гайда с распадом большой семьи раздробилась на виргаты - четверти гайды, что также находит соответствие в Новгородской земле: обжа колебалась от 5 до 10 десятин, вероятно, это результат дробления дыма летописей, который и составлял величину порядка 50 десятин, а летописный плуг, или рало - тоже результат такого же дробления, был примерно равен обже, потому и и не могут сойтись разные исследователи в точном определении его значения, помещая его в пределах от 5 до 10 десятин. Право, возникает соблазн возвести и само слово "десятина" к одной десятой обжи или рала.

Этот принцип налогообложения, связывающий налоговые ставки с количеством собственности и возможным извлекаемым из нее доходом, перекочевал и в города.


2<  3  >4
qvies: (Default)

НАЛОГИ. ВТОРАЯ СОСТАВЛЯЮЩАЯ.


Кроме средств, предоставляемых для поддержания функционирования общественных институтов, собственники и владельцы земель обязаны были и комплектовать ополчение. В той же Швейцарии этот институт впоследствии превратился во всеобщую воинскую повинность, хотя изначально предполагал поставку в общее войско определенного количества конных и пеших вооруженных и снаряженных воинов от определенного количества обрабатываемой земли. Все налогоплательщики делились на сотни, по числу поставляемых ими ополченцев.

Эта обязанность - поставка воинов в ополчение, была привязана к земле, поэтому новый ее владелец, независимо от того, каким образом он получил эту землю, вынужден был ее исполнять. В монархиях вассалы сюзерена обязаны были выставлять для его войска столько же своих воинов, сколько ранее выставлялось в ополчение с этих земель, в олигархиях обязанности такого же комплектования общих войск лежали на олигархах.

Чаще всего для оправдания прогресса при переходе от общинного строя к феодальному используется именно эта общинная обязанность. Не могли, де, простые крестьяне позволить себе сложные доспехи и вооружение рыцаря, потому и возникла необходимость в новом государственном строе, создающем возможность для развития новых технологий. Первое, что приходит на ум в качестве опровержения - победа крестьян-швейцарцев под Нанси над рыцарями-бургундцами, второе - организация поместного ополчения при Иване III и определение обязанностей дворян при Иване IV, вряд ли "один воин конн и люден, и оружен" с каждых 100 четвертей поместья с неба свалились, скорее всего, это перевод на новый язык прежних сотен.

Перенесемся опять в Англию: там, благодаря незамутненности феодальных отношений, понять, как воинская повинность превратилась в денежную, несколько проще, нежели, чем в той же Франции. Новые владельцы земель обязаны были королю лишь одним - в случае необходимости выступить со своим войском вместе со своим сюзереном. Дворянские земли постоянно дробились. Даже при наличии майората - прав старшего сына на основную часть земель отца, дворянские права вместе с обязанностями сохраняли и его младшие сыновья, а те были уже не в состоянии исполнять основной долг перед своим сюзереном. В то же время, рыцарь обязан был находится в войсках короля, не воюя, 40 дней в году, а если король воевал, то два месяца. Все рыцарское время, что было посвящено королю сверх того, король обязан был оплачивать. Первое время дырки затыкались при помощи все тех же Датских денег, затем церковные земли, как земли, коим не пристало поставлять воинов, были обложены Щитовым сбором, компенсирующим их неучастие в военных делах. Щитовые деньги постепенно распространились сначала на малоимущих дворян, а затем и на все сословие, играя для него ту же роль, что талья для населения домениальных владений короля. Надо ли повторять, что платежи разверстывались пропорционально земельным владениям?

Европа постепенно переходила к комплектованию постоянных наемных королевских войск, что требовало и постоянного повышения налогов во всех формах. В Англии это отозвалось революцией при Иоанне Безземельном и подписанием им Великой Хартии.




1<  2  >3


qvies: (Default)

НАЛОГИ. ПЕРВАЯ  СОСТАВЛЯЮЩАЯ.

Налоги появились из добровольных взносов, сначала натуральных, а затем денежных, крестьян - глав семей в общую казну на те общественные нужды, удовлетворение коих взяло затем на себя государство. Доля каждого в казне сначала была равной, а затем стала определяться количеством и продуктивностью земли, ему принадлежащей. Этот генезис явно прослеживается в Швейцарии, где налоги прописаны в Конституции, то есть, государство там не имеет права самостоятельно изменять ни количество, ни порядок сбора налогов, для этого ему требуется согласие всех кантонов, а в них - большинства жителей. Это - налоги первичные. Можно было бы и не рассматривать эволюцию налогообложения, удовлетворившись этим наблюдением, кабы не одно но: в большинстве стран налоги и появлялись, и изменялись вовсе не так, как в Швейцарии.

Считается, что первый правильный прямой налог возник в Англии после датского вторжения, когда викинги обложили английского короля контрибуцией в 10000 фунтов. Сбор контрибуции для викингов производился со всех землевладельцев, исходя из количества и доходности их земель, то есть, собирались Датские деньги точно так же, как прямой налог первичного образования.

Сам же первичный налог в Англии уже превратился после англо-саксонского завоевания в дань, выплачиваемую новому владельцу земель, получившему их от своего сюзерена-короля, теперь этот новый владелец сам стал представлять собой государство: именно он являлся в жалованных ему землях и правителем, и верховным судей, и военным предводителем.

Такое положение возникало почти повсеместно после того, как прежние собственники земель либо попадали в экономическую зависимость от кредиторов и утрачивали свои права на обрабатываемую ими землю, что произошло в земле Новгородской, либо они лишались своих прав в результате чужеземного завоевания, как это произошло в Англии. Результат обоих процессов одинаков - бывшие собственники ныне выплачивали уже не налоги для содержания государства, а дань конкретным лицам, а те, в свою очередь, либо, как в Англии, были свободны от уплаты налогов изначально по праву завоевателя, либо, постепенно перенимая функции государства в своих землях, добивались этого позднее - в земле Новгородской этот процесс только начинался, но был прерван московским завоеванием.

Короли, сами являясь крупнейшими землевладельцами, удовлетворялись данью со своих земель и пошлинами, взимаемыми на территории королевств, а непредвиденные расходы покрывали помощью, которой ему были обязаны все его вассалы, эта помощь во Франции постепенно превратилась в прямой налог - талью, собираемый со всех коронных земель, то есть, земель, принадлежащих королю. Талья тоже собиралась пропорционально количеству земли, находящейся во владении королевских подданных. То, что во Франции высшие сословия не облагались налогом - миф: не облагались налогом только те, кто не имел владений на королевской земле. Вместе с норманнами талья перекочевала и в Англию.

В олигархиях, стать которой и стремилась Новгородская земля, государственные функции отправлялись олигархами за свой счет (этот период в Древней Греции и почитают все за период рождения демократии), казна пополнялась поступлениями от пошлин и акцизов, а экстренные сборы распределялись между олигархами-землевладельцами точно так же, как и первичные налоги: согласно качеству и количеству земель, принадлежащих каждому олигарху.


*<  1  >2

Profile

qvies: (Default)
qvies

December 2016

S M T W T F S
    123
45678910
1112131415 1617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 25th, 2017 10:47 pm
Powered by Dreamwidth Studios